S.T.A.L.K.E.R
Меню сайта
Из галереи
Наш опрос
Какие артефаты рулят? (можно отметить несколько)
Всего ответов: 3527
Реклама партнеров
Дом на болоте
Рассказы, повести, эссе. [137]
Стихи, поэмы, тексты песен [53]
Юмор [48]
Музыка, песни [7]

Главная » принципы выживания
принципы выживания
00:48
Глава 5

Сталкеры обернулись к Фрицу. Тот стоял тыча пальцем в кнопки портативной армейской рации. Затем, матюгнувшись, швырнул ее на стойку.
- Не пашет, сука!
Сверху один за одним раздалось еще два гулких тяжелых взрыва. И почти сразу же стрекот автоматных очередей.
- Сапоги прут! – взвизгнул кто-то за соседним столиком. – Рвем когти, братва, стволов-то нет!
Трое или четверо человек бестолково заметались по помещению, еще несколько побежали вверх по лестнице, ведущей к подъему на поверхность. Серега обернулся и увидел что Фриц уже выволок из-под барной стойки штурмовую винтовку «штейр-манлихер», нагнулся и рывком поднял крышку люка, оказавшегося у него под ногами, прыгнул в нее и пропал с глаз.
- Глянь, Шурик! – Сергей ткнул пальцем в сторону пропавшего торговца. Долговец мгновенно врубился что произошло, с разбегу перемахнул через стойку, схватился обеими руками за люк – но не смог даже оторвать тяжелый лист металла от пола.
- Соскочил, барыга!
Стрельба стала ближе, зазвучала казалось над самой головой, Сергей явственно различил звон рикошетов от металлических ступенек единственной лестницы, посмотрел затравленно по сторонам. Безоружные сталкеры сбились под лестницей, пытаясь угадать что происходит, у кого-то в глазах начинает плескаться ручеек безумия, помноженного на ужас, дрожат руки.
- Бли-и-ин, - тонко протянул какой-то сутулый паренек в драном кожаном плаще с гражданки, - Че делать-то, перемочат нас тут, сто процентов.
- Пасть закрой, урод! – рявкнул Шмель, подскакивая к ближайшему столу и переворачивая его на бок. На пол с грохотом посыпались банки из-под консервов и чьи-то рюкзаки. Ему на помощь пришли еще несколько человек, переворачивая скамейки и столы – в центре бара появилось нечто вроде баррикады.
- Ну и что? – не унимался сутулый. – Что дальше? Из чего отбиваться будешь…
Договорить он не успел, стоявший ближе других Шурик отшвырнул его к стене одним точным ударом, потом перескочил через барную стойку, схватил лежавший на ней армейский нож Фрица.
До Серегиного слуха вдруг долетел тонкий едва слышный звук, как будто что-то железное щелкает по лестнице, дребезжит и катится. Щелк! Щелк! Он обернулся как раз вовремя, чтобы успеть заметить прыгающий вниз по ступенькам лестницы металлический цилиндрик светошумовой гранаты. Серегу вдруг рванули за плечи, опрокидывая и вжимая лицом в пол, сверху прижала чья-то рука, а потом раздался оглушительный взрыв, по спине и ногам стегнула воздушная волна, а по глазам даже плотно зажмуренным ударила ослепительно-яркая вспышка. Сергей неуклюже пытался встать на ноги, совершенно потеряв ориентацию в пространстве, в ушах стояли пробки, перед глазами плавали разноцветные пятна, его опять схватил кто-то – на этот раз уже за шиворот, куда-то потащили, он ударился локтями и коленями, и только сейчас запоздало сообразил что он находится на полу за стойкой бара, и притащил его сюда Патогеныч.
- Проклятье на земле!!! – донесся надрывный вопль со стороны лестницы, и автоматный огонь раздался уже в баре.
- Мать твою! – прошипел Патогеныч. – Это «Грех»! откуда они взялись, недоумки?
Сергей осторожно выглянул.
На верхней ступеньке лестницы согнулись две ли три фигуры с оружием, полосовавшие очередями скорчившихся на полу, оглушенных взрывом гранаты людей.
- Шизанутые?
- Они, бляха, самые, - отозвался с другой стороны Шмель, спрятавшийся за какими-то ящиками слева. Рядом с ним скрючился Шурик.
- Все мертвы!!! – орал кто-то наверху, - Все мертвы с рождения!!! Кара Зоны придет к каждому!!!
«Грешники» двинулись вниз, расстреливая сталкеров одного за другим. Под взрыв гранаты попали почти все, за исключением человек семи-восьми, которые в основном сгрудились за импровизированной баррикадой.
- А-а-а!!! – кто-то из них выпрямился, вытягивая руку с зажатым в ней короткоствольным пистолетом. Где он его прятал одному Черному Сталкеру ведомо. Он успел выстрелить два или три раза, один из «грешников» захлебнувшись на середине крика, споткнулся и неуклюже съехал вниз головой по лестнице. Спустя миг автоматные очереди располосовали тело смельчака, отбрасывая назад, а наверху на лестнице уже загрохотали ботинки еще нескольких нападавших.
- Да примете муки!!!
Серега словно попал на сеанс замедленного кино, все вокруг как и тогда в доме, во время схватки с контролером и его тварями, плыло и двигалось в невероятно замедленном темпе. Вот Сема перекосив рот в отчаянном крике выпрямляется и бросает в «грешников» металлическим табуретом, валявшемся рядом – и тут же его голова взрывается фонтанами крови и мертвое тело тяжело рушится на пол. Шлеп зачем-то прикрывая голову руками , словно солдат под бомбежкой, бежит прочь не разбирая дороги, натыкаясь на стены – его расстреливают в упор. Безжизненной грудой плоти лежит убитый Грюк, уставившись распахнутыми глазами в потолок.
- И придет искупление!!!
Шмель внезапно вытянул руку и схватил со стойки две бутылки водки., свинтил крышки и перевернул их над пустой литровой канистрой стоявшей тут же.
- Какого ты делаешь? – Патогеныч непонимающе посмотрел на него, - Тут нам амба полная, а ты водяру жрать?
- Заткнись, мать твою, - отмахнулся от него Шмель, - Шурик, давай «спички»…
Долговец расстегнул поясную сумочку, выволок оттуда сверток из фольги, и размотав его, бросил Шмелю два тонких длинных стеклянных на вид стержня. Сергей панически следил за его манипуляциями, автоматы грохотали казалось совсем рядом. несколько пуль вдребезги разнесли зачем-то стоявшее на баре зеркало и батарею пустых бутылок. На голову Сергею посыпались осколки стекла и щепки. Шмель наконец опорожнил бутылки в канистру, затем зажал в ладони «спички», что-то с ними сделал и бросил в канистру. Завинтил крышку, встряхнул канистру несколько раз и коротко размахнувшись швырнул ее через барную стойку к лестнице.
Рвануло так, что казалось еще мгновение и обрушится потолок, Сергей заметил нечто вроде сумасшедшей огненной струи, хлестнувшей по потолку и стенам и рокот огня заглушил предсмертные крики людей. Он еще не успел прийти в себя, как сталкеры вылетели из укрытия и бросились к телам «грешинков». К телам – пожалуй было слишком сильно сказано, четверых просто размазало по полу, оставив лишь огромные кровавые пятна и разводы копоти, еще трое, обожженные до состояния головешек, лежали на лестнице. Один из нападавших оказался жив, огнем ему сожгло ноги и теперь он пытался ползти куда-то в угол, не видя дороги и что-то протяжно мыча на одной ноте. Патогеныч догнал его в два прыжка и одним движением сломал шею. Шмель и Шурик подобрали два уцелевших «калаша» с которыми сюда явились «грешники»,в остальных сдетонировали патроны, когда мгновенная рукотворная аномалия подняла температуру вокруг них до полутысячи градусов. Патогеныч взлетел по лестнице и выхватив два пистолета, бросил один Сергею.
- Будем прорываться? – лихорадочно схватил Шмеля за рукав Серега.
- Хер там. – ты что, взрывов не слышал? – огрызнулся Шмель, - Это стреляли из «гауссов». Сто процентов, я их узнаю где угодно – вот только не врублюсь откуда «гауссы» у грешников. У кого ума могло хватить толкнуть этим фанатикам такие волыны?
- Патогеныч, малой, держите лестницу. – бросил Шурик и снова побежал к люку за раскромсанной барной стойкой, где пропал Фриц. Наклонившись, они со Шмелем отчаянно рвали на себя тяжелую лючную крышку из толстого чугунного листа, но она не поддавалась более чем на несколько сантиметров.
- Там обыкновенная щеколда, только из автомата не перебить. – выпалил Шурик, - Че делать, командир?
Шмель оглянулся по сторонам. Его взгляд шарил по помещению и трупам погибших, ища хоть малейшую зацепку или подсказку, ведущую к выходу из западни. Неожиданно с лестницы донеслись выстрелы.
- Ловите, сучары! – вопил Патогеныч. – Кромсай их, малой!
Сергей съежился от страха за углом, и прижавшись к бетонной стене, сжимал пистолет дрожащими мокрыми ладонями. Он видел как из вагона посыпались было «грешники», судя по всему догоняющие первую ударную группу, но Патогеныч двумя выстрелами уложил одного и сейчас, отчаянно матерясь, сдерживал еще двоих, прячущихся за массивными колесными парами вагона. Сталкер на мгновение обратил к Сергею свое перекошенное лицо с налитыми кровью белками глаз и заорал.
- Сука, стреляй или я тя щас самого завалю!!!
Это подействовало. Сергей вытянул руку и нажал несколько раз на спуск. Пули высекли искры о железные ступеньки поезда. Страх перед полуобезумевшим сталкером оказался то ли просто сильнее, чем перед «грешниками», то ли вытеснил предыдущий и побудил к действию, пробуждая древний как сам мир инстинкт самосохранения. Словно что-то незнакомое поднималось сейчас из глубины Серегиной души, захватывая в крепкие бразды разум и контроль над телом, превращая его в первобытного человека, а пистолет в его руке в камень, в смертельном отчаянье воздетый на тигра. Эхо от выстрелов металось под потолком, выбрасываясь в оконные проемы и дыры на крыше, сотрясая барабанные перепонки грохотом . Дз-а-а-нг! Сергей откатился в сторону, вжимая голову в плечи. Один из противников на миг высунулся из укрытия и выпустил длинную очередь в сторону лестничного спуска. Пули прошлись по стенам, срывая побелку и выламывая кусочки штукатурки, Патогеныч вжался в стену рядом.
- Да стреляй, мать твою! – он пнул лежащего парня ногой, - Шмель, что там у вас?
- Херово! – донеслось снизу, - Запоры люка не можем выломать, гранату бы…
Серега приподнялся, лежа на спине, так что его голова и плечи оказались чуть повыше порожка. Сжал пистолетную рукоятку обеими руками и стараясь задержать бурное дыхание принялся ловить на мушку то и дело мелькающего между колесами локомотива и обломками бетонных плит противника. Внезапно в дверях вагона показался еще один фанатик в черном измазанном грязью плаще с «калашниковым» наперевес, Сергей еще успел уделить долю внимания странному оптическому прицелу на автомате, пока неподконтрольный ему импульс сократил мышцы, ТТМ поднялся на должные несколько сантиметров и указательный палец потянул спуск. Выстрелов он не различил в беснующемся грохоте автоматных очередей, но фанатик дернулся словно от удара невидимой плети и оступившись свалился на землю. Словно сквозь вату различил довольный рык Патогеныча «Нормально!» и упираясь подошвами в порожек отполз из простреливаемой зоны.
- У них мозгов нет, - прошипел сталкер Сергею, - Когда я кинусь, давай за мной до вон той плиты, если кто сунется из вагона, вали его, понятно?
Ему пришлось еще раз все повторить пока до Сергея дошло. «Грешники» совершенно не вели счет патронам, и не прикрывали друг друга, пока напарник перезаряжал оружие – их хватало только на то, чтобы в перерывах между очередями орать какие-то фразы о грядущей каре. Вдруг один «калаш» замолчал, Патогеныч тут же едва не по пояс высунулся из-за угла и выстрелил в сторону вагона. Второй «грешник» моментально купился на его уловку и выставив из-за колеса автомат на вытянутых руках покрыл пространство огнем. Несколько секунд спустя, до Серегиного слуха донеслись характерные пустые щелчки и несдерживаемые проклятья.
- Давай! – рявкнул Патогеныч, вылетая на открытое пространство и бросаясь сломя голову к засевшим под локомотивом врагам. Сергей выскочил следом за ним, поводя пистолетом из стороны в сторону, споткнулся и едва не рухнув, побежал к указанной Патогенычем плите Сталкер же несколькими прыжками покрыл разделявшие его и фанатиков полтора десятка метров и открыл огонь в упор, пока те возились с автоматами.
- Держи вагон! – надрывно крикнул Патогеныч. Он наклонился над расстрелянными телами «грешников», отбрасывая «Макаров» и выдергивая из мертвых рук автомат. Свободной рукой вытащил из разгрузочного жилета мертвеца обойму и одним быстрым движением вставил ее в автомат. Сзади, стуча подошвами по хрустящему гравию, подбежал Шурик, вспрыгнул на ступеньку и попытался было заглянуть в вагон, но тут же с проклятием спрыгнул и откатился в сторону, а в стенку вагона внутри ударил выстрел картечи.
- Их там рыл пять-семь! – крикнул «долговец», - Надо отваливать!
Сергей подбежал к ним взял себе оружие второго «грешника», выдернул из его разгрузки несколько обойм и распихал по карманам плаща. Патогеныч тем временем перевернул трупы фанатиков и сорвал с поясов несколько гранат.
- Держи! – он швырнул одну Шурику и тот бросился с ней обратно на нижний уровень, в помещение бара. Со второй сорвал чеку и прижавшись к стенке вагона, коротким движением зашвырнул ее внутрь.
- Ноги! – он схватил Серегу за шиворот и потащил за собой к лестнице. Два взрыва, один приглушенный внизу, а второй в вагоне за их спинами слились в одну звуковую волну, прокатившуюся от стены цеха до стены. Они с Патогенычем едва не кубарем скатились по лестнице вниз, Шурик с торжествующим воплем отбросил крышку люка.
- Давайте вниз, - долговец толкнул в люк Серегу, следом за уже скрывшимся там Шмелем, - Этих дебилов тут сейчас будет…
Сергей спрыгнул с высоты около двух метров и оказался в каком-то дренажном тоннеле, по дну которого струился тонкий ручеек, стоявший в нескольких шагах Шмель подсвечивал фонарем дно туннеля, чтобы спутники не переломали в темноте ноги. Ноги мгновенно промокли и он почувствовал что холодная вода медленно, но верно протекает в туфли.
- Все за мной, цепочкой, - прошипел Шмель и побежал вперед. Луч света метался перепуганной бабочкой, выхватывая бетонные стены, кое-где покрытые мохом. Шмель на бегу вытащил ПДА и чуть сбавил темп.
- Аномалий впереди нет вроде, - сказал он, - Зато наш старый добрый Фриц пробежал…
«Долговец» наклонился и высветил сорванный со стенки мох и отпечатки в нем подошв.
- Хоть бы влетел, падла, в какую ни будь дрянь, - в сердцах выругался Патогеныч, - ПДА не засветят?
- Да нет. – отмахнулся Шурик, - Сам знаешь, земля и бетон экранируют.
Какое-то время они бежали в почти что полной темноте, батарейки у фонарика начали садиться, сначала Шмель сбавил его мощность на половину, потом прикрутил вообще так, что свет захватывал не более пары метров впереди. Фонари остальных сталкеров остались вместе с другим снаряжением и оружием в камере хранения и приходилось только надеяться что батарейки все же вытянут до выхода из туннеля. Стояла странная пугающая тишина, прерываемая свистящим дыханием людей, стуком подошв о бетонное дно, мокрыми шлепками капель воды, кое-где падающими с потолка, Сергей сослепу наткнулся на чью-то спину, поскользнулся и едва не вытянулся во весь рост. Из темноты раздались приглушенная ругань. Судя по голосу, этим кем-то оказался Шурик, теперь вполголоса нещадно костеривший «неуклюжих бивней, раскидавших борта».
- Заткнулись! – прошипел Шмель, - Тихо!
Издалека, где-то позади донесся приглушенный металлический лязг, и через мгновение раскатистый грохот.
- Гранатами глушат, придурки, - осклабился Патогеныч. – Эй, смотри, «должник», там вроде светлее…
И точно, через пару десятков метров туннель свернул вправо почти под прямым углом и вывел к решетке с выпиленными прутьями. Оттуда ощутимо тянуло сыростью, однако на пол тоннеля падал долгожданный свет сгущающихся над Зоной поздних сумерек. Шмель прижался к стене, осторожно глянул наружу – нет ли тварей рядом и махнув рукой спрыгнул вниз. Через несколько секунд они оказались на дне какого-то огромного то ли бассейна, то ли резервуара для промышленных нужд. Справа по отвесной стенке вилась лестница из ржавых металлических скоб, вмурованных в бетон, взобравшись по ней, Шмель сверился с показаниями датчиков в последний раз и вырубил ПДА.
- Поднимайтесь в темпе, мы отрываемся на минут восемь-десять.
Они бросились бежать, скрываясь за вагонами товарного состава, подобно змее, вытянувшем свой хвост через территорию завода. Большая часть товарных вагонов была безжалостно вскрыта и раскурочена – неизвестно что искали неизвестные взломщики, горючее, продукты, оружие или что-то иное, но теперь обломки досок и железных полос, некогда перекрывавших вагонные двери теперь в беспорядке валялись на земле или торчали наружу словно гнилые ребра застарелых скелетов.
«грешников» «срисовал» Патогеныч. Трое фанатиков заняли позицию на опорах огромного козлового крана, навеки замершего на отрезке рельсов длиной в десяток метров. Двое озирались по сторонам, сжимая оружие, а вот с третьим происходило что-то непонятное, по крайней мере для Сергея. «Грешник» стоял на коленях, исступленно размахивая руками перед собой, колотя себя в грудь кулаком и кланяясь неизвестно кому. Было видно как шевелятся его губы, как будто он непрерывно что-то бормочет себе под нос, руки фанатика слепо протягивались вперед, собирая что-то из воздуха, дергая, ломая невидимые преграды, его винтовка стояла прислоненная к колесу крана. Было видно что сталкер выполняет какой-то странный и пугающий ритуал.
- Молится, сука. – прошептал над ухом Шурик, - Эх, влепить бы ему щас…
-Я те влеплю, дурень, - столь же тихо прокомментировал Шмель, - Глянь влево, вон туда – за гаражи.
Там, на крыше бетоноблочного гаража примостился еще один враг, на этот раз уже с винтовкой, даже отсюда было видно помигивание проблескового маячка, встроенного в оптический прицел. Вот это было уже предельно хреново. На пятки наступает группа, которая преследовала их в туннеле, впереди трое всего в десяти метрах и один снайпер на точке в полусотне. Вот он падла самый опасный, перещелкать может как цыплят, разве что укрыться за краном, где устроил себе молебен придурок в черной бандане. Патогеныч тихонько хлопнул по плечу Шмеля, привлекая его внимание и что-то зашептал на ухо. Тот сомнительно покачал головой, потом оглянулся назад, туда откуда они пришли и, видно было что это неприятно ему, но все же кивнул. Несколькими жестами распределив роли, Шмель повернулся к Сергею.
- Значит так, зеленый, мы сейчас будем прорываться – на месте не стоять, если подстрелят, подбирать не станем, ясно?
- Ясно. – Серега внезапно опять ощутил где-то внутри проснувшийся очажок страха.
- Если кто из этих… - «долговец» презрительно дернул подбородком в сторону фанатиков, - выживет. Беги к нему и вали на месте, цель спрятаться от снайпера за краном – потом скажу чего дальше. Усек? Похоже у этой падлы там «гауссовка», так что попытка только одна, крановые опоры он не пробьет. Как минимум с трех-четырех выстрелов…
Серега судорожно повел плечами, сглотнул невесть откуда взявшуюся слюну, хотя как правило у него пересыхало во рту в такие моменты, и кивнул.
- Начали!
Шурик тут же, словно только и ожидал команды, высунулся по пояс из-за вагона и коротко размахнувшись послал последнюю гранату в полет. Она преодолела расстояние до вражеской позиции менее чем за секунду и звонко цокнув корпусом о ржавое железное покрытие кабины оператора крана, скатилась к «грешникам». «Долговец» с невероятной точностью рассчитал время от броска до взрыва, и соответственно траекторию полета. Как ни странно, но первым дернулся именно тот фанатик, который до этого молился своему неизвестному божеству, расслышав звук удара гранаты об опору, он мгновенно обернулся, протягивая руку за оружием, встрепенулись и двое других. Граната разорвалась, находясь в состоянии свободного полета. Скатившись по наклонной крыше кабины оператора, она полетела вниз к земле и в момент взрыва оказалась всего в метре перед лицами опешивших сталкеров. Раздался мощный гулкий взрыв, в который вплелись резкие щелчки и лязг осколков, «грешников» словно тряпичных кукол снесло взрывной волной. Двое, словно марионетки, которым кто-то обрезал нити связывавшие с кукловодом, смятыми грудами истерзанной плоти ударились о землю, третьего, того который молился, вмяло в решетку страховочных перил и сейчас он сидел под ней, раскинув руки и запрокинув голову в старом армейском противогазе.
Взрыв еще не успел отгреметь, а Шмель уже вылетел на открытое пространство, открывая огонь в сторону засевшего на гаражах стрелка. Сергей не успел толком опомниться, как Патогеныч сгреб его за шиворот и рванул за собой, впереди маячила спина Шурика, тоже начавшему стрелять на бегу. «Грешник» не успел оправиться после неожиданной атаки и приготовиться к стрельбе, ему едва хватило времени, чтобы скатиться по крыше в проход между гаражами, затянутый сеткой-рабицей и затаиться там за грудой кирпичей.
- Рвем когти! - яростно прошипел Шмель, но все таки задержался на дою секунды и подхватил с земли оружие одного из «грешников».
Они понеслись с такой скоростью, как будто их преследовало полтора десятка голодных кровососов вкупе с парой сотен собак. Вдох-выдох, вдох-выдох. Главное – смотреть под ноги и не отклоняться от маршрута, которым только что прошел тот кто идет впереди, это Серега успел накрепко вбить себе в голову Соленый пот заливал глаза, нещадно болели ноги в раздолбанных окончательно гражданских туфлях, и «калашников», казалось, весил тонну. Вдох-выдох, вдох-выдох. Впереди бетонное ограждение, один из блоков выломан. Прыжок следом за Патогенычем. Приземление в сухую колкую траву, Серега потерял равновесие и вынужден был упереться в землю прикладом.
- Быстрее!
Позади наконец пришел в себя «грешник». Несмотря на то, что между бегущими мишенями и ним находились массивные крановые опоры, фанатик открыл огонь. Шмель успел заметить как в полутьме позади сверкнула вспышка и рявкнул «Все на землю!», Сергей по инерции еще сделал пару шагов и только потом рухнул на кучу слежавшегося песка. В воздухе над их головами что-то прошипело, мелькнул ослепительно белый луч и двумя десятками метров впереди с грохотом содрогнулся корпус старого «КамАза» в котором образовалось оплавленное отверстие в полтора метра диаметром.
Патогеныч извернулся на земле и чертыхаясь поднял автомат на вытянутых руках, выпустив несколько коротких очередей в сторону стрелка. Второй выстрел ударил в правую опору крана, послужившего им своеобразным щитом. В этот раз похоже «грешник» увеличил мощность выстрела. Разряд заставил кран содрогнуться, словно его пнул ногой невидимый великан, со скрежетом прогнулись рельсы и на землю посыпались мелкие детали в облаке осыпавшейся от удара ржавчины.
Сергей встал на ноги и кинулся вслед за Шмелем и Шуриком в узкий лаз между кузовом многострадального «КамАза» и стеной хозяйственного блока. Сзади наступал на пятки Патогеныч.
- Шмель, - пропыхтел он, - Сейчас лучше влево. На верхних воротах по-любому дебилы засели.
- Сам знаю! – не оглядываясь, бросил командир «долговцев». – Они сейчас все сюда ломятся. Мы такой фейерверк подняли!
Сталкеры резко свернули в сторону и побежали по рельсовой ветке. Под ногами время от времени еще попадались шпалы, когда-то положенные из толстого дерева, но с течением лет рассыпающиеся в труху. Ветка заросла высокой, почти по пояс травой, в которой заплетались ноги.
- Вправо, к дому обходчика! – рыкнул Шмель, - «Плешь» впереди!
Они описали широкую дугу, сворачивая с рельс на гравиевую насыпь и огибая по широкой параболе раскинувшийся на месте железнодорожного переезда гравиконцентрат, разломавший бетонные плиты и искореживший шлагбаум, заставив его скрутиться едва ли не в восьмерку.
За путями начиналась относительно ровная вроде бы дорога, ста метрами дальше пускавшая узкое ответвление куда-то в глубь ремонтных корпусов. Сама она вела дальше, скрадываясь в темноте за распахнутыми воротами КПП. Сталкеры плюнули на все и что было сил припустили по дороге к воротам, в сторону с визгом шарахнулась одинокая слепая собака. Подошвы громко стучали по асфальту, под ногами то и дело трещало битое стекло. Где-то в ста, может побольше, метрах позади раздалось несколько автоматных очередей, но несмотря на небольшое расстояние стреляли явно не по ним, а для острастки, запугивая вероятного врага.
- Сбавили темп. – устало выдохнул Шмель, когда они оказались на ночной дороге, несколькими минутами бега позже, после того как оставили ворота КПП депо позади. Шурик, хрипя, как паровоз, уселся прямо на землю. Сергей сам шумно дыша, присел на корточки. Патогеныч вытащил из кармана ПДА и, прикрывая светящийся экранчик полой куртки принялся щелкать световым пером по клавиатуре.
- Своим пишешь? – поинтересовался Шмель. – Не забудь добавить, что у них есть «гауссы», пусть честные бродяги сюда больше не заходят.
Патогеныч не ответил. Сергей прочел, заглянув через его плечо, короткое сообщение. «Всем сталкерам «Чистого Неба» и другим бродягам! Бар «Цезий» на Свалке атакован «Грехом»! Их много и вооружены серьезно, не ходить!»
Они еще около минуты стояли, поводя стволами автоматов по сторонам и переводя дух – затем Шмель скомандовал.
- Так, сейчас идем дальше по дороге, у старого блокпоста сворачиваем и выходим к складам. Там относительно спокойно можно заночевать. Если эти дебилы за нами и попрутся – то не ночью.

Ночь прошла на удивление спокойно. Неизвестно по каким причинам, но Патогеныч настоял чтобы Сергея не ставили в охранение, все равно как он сказал «Будет дергаться на каждую псину, а хмырей не заметит». Шурик что-то пробурчал под нос по поводу того, что кому-то теперь дрыхнуть до утра, а кому-то сидеть как бюреру в толчке, но Шмель неожиданно согласился, и Сергей, свернув плащ-пыльник вытянулся под стеной и провалился в сон. Как все-таки интересно устроена человеческая психика, думал он утром, по идее, после такого водоворота событий, которые с ним произошли за последние четыре дня, нормальный человек должен просто находиться в ступоре, шокированный не только постоянной угрозой смерти, уже самой по себе достаточной для того, чтобы потихоньку начать сходить с ума, а как минимум скоростью смены действий. Так сказать, крыша должна просто съехать от таких резких перемен в жизни. Еще пять дней назад его жизнь была размеренной и известной наперед. Институт, дом, мать-алкоголичка и Наташка, сучка, мать ее за ногу. Может это странно, но теперь он вообще не испытывал тоски, пропала постоянная привычка думать о ней и представлять ее лицо, прокручивать в голове ее фразы, только где-то в уголках сознания осталась как щука под корягой, глухая злость, злость на нее за то, что фактически она оказалась причиной убийства Гарика и как следствие причиной его ухода в «бега».
Серега ожидал найти в своей душе нечто вроде страха перед неведомым, страха делать новые шаги в этом новом, незнакомом и смертельно опасном мире под названием Зона, но как ни старался он отыскать в себе отвращение и желание вернуться туда, назад, к мирной гражданской жизни, у него не получалось. То, что ждало его по ту сторону Кордона, было известно заранее. Зона другая, с зеками и решетками, и мамаша, которая если не сопьется окончательно, может и перешлет ему пару сухарей. Нет, там ловить однозначно нечего, и если уж делать выбор между известным и тем, где существует хоть крохотный теоретический шанс – то Серега выбрал для себя второй вариант. Конечно, ему было страшно. До этого он никогда не стрелял из настоящего оружия, исключая самодельное, так называемые «самопалы», которые вовсю мастерила шпана во дворах. Он никогда не видел до этого насильственной смерти, ни разу на него не нападали собаки, не говоря уже о мутировавших тварях вроде кровососа. Этот страх просто привычно угнездился где-то на задворках сознания, изредка вспыхивая в моменты опасности, но все же не являлся тем фактором, который мог бы теперь заставить его сдать назад. По крайней мере в Зоне он мог с полным правом прострелить башку какому нибудь гопнику и ничего ему за это не будет, тут нет законов и крючкотворства, это едва ли не первобытный мир, где решающим фактором справедливости есть сила. Неожиданно с ненавистью он вспомнил рожи нескольких «недругов» о своего района. Вот с кем бы теперь поквитаться.
Зона ограничивала в одном, но развязывала руки в другом. Тут были проблемы с едой, с относительным комфортом, ночлегом и передвижением, но также тут резали не подводя это под законодательную базу, за исключением локальных правил, принятых в сталкерских кланах. Тебя оскорбили – убей, обманули – убей, ты видишь бабки – убивай за них, потому что тогда убьют тебя. Тут тебе плевать на участковых ментов и на патрульно-постовых, тут никто тебе не станет выворачивать карманы, требуя предъявить документы, застав за распитием пива на лавочке во дворе. Тут ты можешь просто навести оружие и спустить курок.
Может и правда все те россказни, что Зона необратимо меняет человеческий рассудок? Перековывает волю и психику, подчиняет и делает человека своим орудием и вечной игрушкой. Подсаживает человека на опасность, как наркомана на иглу, и он никогда в будущем не способен «завязать». Даже накопив на безбедную старость. Не получив смертельных дырок в организме и не схватив непоправимую дозу изотопов. Все равно сталкер остается сталкером до самой смерти и раз за разом приходит в Зону опять и опять. Черт его знает, может и правда, Сергея сейчас волновало другое открытие. С детства склонный к самоанализу, он заметил что в его душе проснулось нечто новое, какие-то качества которых он раньше за собой не замечал, то ли недавно приобретенные, то ли хранившиеся под спудом. Словно окровавленный нож на дне сундука с яркими тряпками. Он понял что способен на убийство. Именно способен, потому что большая часть современного общества воспитана в рамках навязанной морали, ставящей убийство в ряд с недопустимыми правонарушениями, это вбивается в голову с малых лет, как гвоздь забивается в доску, это повисает кандалами на руках и грузом на плечах, ограничивая свободу не только действий, но даже и мыслей. Тут же, Сергей заметил, что в нем проявляется нечто. Подталкивающее к поиску поводу для выстрела в объект, представляющий потенциальную опасность. Ему понравилось стрелять. Он вчера стрелял в людей. Впервые в жизни. Не смотря на встреченного в деревне контролера – зомби подсознательно воспринимались как мертвые куклы, неодушевленные предметы, психи со съехавшими набекрень мозгами. А вот вчера он целился в живых людей, адекватных, мыслящих – хоть и фанатично верящих хрен знает в кого. И искренне хотел попасть и убить. Когда-то в одной книге он вычитал что такое разница между инстинктом самосохранения и страхом. Первое – это явление животное. Толкающее броситься на врага и сокрушить, ошеломить, испугать напором и как следствие остаться живым. Второе – это явление сознательное. Заставляющее убегать, сжиматься в комок, закрывать глаза и застывать на месте. Смерть.
Сергей никогда особо не был силен в психологии. Но сделал вывод что инстинкт самосохранеия в его случае – являение уникальное, причиной которого послужили экстремальные ситуации, водопадом посыпавшиеся на голову. Весь налет цивилизации сдуло, и остался человек как животное со своими инстинктами и рефлексами. Что ж, посмотрим что из всего этого выйдет.
Сергей потянулся, разминая затекшие от лежания на полу мышцы и потянулся за сигаретами. Голод настойчиво терзал желудок, но курить хотелось еще сильнее. Шмель и Шурик спали в углу, отстегнув от костюмов и подложив под головы капюшоны. Патогеныч сидел с автоматом на полу у слухового окна и поглядывал вниз. Чердак складского помещения, который они облюбовали на ночлег оказался очень теплым и сухим, несмотря на огромную количество пыли и нанесенного ветром мусора, вроде сухих листьев и обрывков старых газет. Правда в другом углу обнаружились пустые консервные банки, что свидетельствовало о том, что они не первые кто тут ночует. И этот кто- то мог оказаться кем угодно. От честных сталкеров из дружественных кланов, до грабителей-мародеров и «грешников».
Серега присел рядом со сталкером и они закурили, пуская дымок в просветы между дощатыми стенками. В округе было спокойно, где-то правда лаяли собаки, но в целом все было спокойно. Патогеныч указал пальцем на движущуюся почти на пределе видимости точку. Псевдоплоть, старая, пояснил он. Тварь перевалила через косогор и скрылась из виду. Они перекусили, сложив на обрывок какой-то тряпки консервные банки из мешка Шмеля, который тот к счастью не оставил в Баре.
- Дай твой ПДА, Серый. – впервые обратился к нему по имени Шмель, - Я тут тебе подкину кой-чего.
Сергей без разговоров вытащил ПДА из чехла и протянул «долговцу». Шмель соединил его со своим с помощью тонкого кабеля и спустя минуту на экране Серегиного наладонника отобразилась окружающая местность. Еще несколько щелчков и, пиликнув, отобразились три точки рядом.
- Это ландшафт окружающей местности. – объяснил сталкер, возвращая ПДА владельцу. – ты можешь прокладывать курс. И ПДА будет сообщать об отклонениях. Я закинул тебе данные наших, так что теперь ты можешь идентифицировать нас. Это электронная почта. Это канал клана «Долга» - но пока я тебе его не открою, иначе мне по шапке дадут, это основная линия – типа «чата», сюда могут влазить все кому не лень, так что смотри что говорить, а что нет – никогда не знаешь кто это прочитает.
Сергей с интересом пробежал глазами несколько сообщений.. «Долг рулит!». «Смерть свободе», «В окрестностях Агропрома появилась пара логов кросососов. Осторожно!»
- Это личные адреса – мой, Шурика и Патогеныча. Если что – пиши, подскажем. Через полчасика выдвигаемся на север – мы возвращаемся в «Долг», тебе полезно будет побывать в Баре «100 рентген».- Шмель поднялся, отряхивая штанины.
- Ясно, - Серега докурил до фильтра и выбросив окурок в окно, стал спускаться по лестнице.
Сталкеры двигались цепочкой по склону низких холмов, стараясь выдерживать разумную удаленность как от недалекой лесополосы, где черт его знает сколько могло водиться тварей, так и от верхушек холмов. Там они мало того, что оказывались как на ладони, так еще и радиоактивный фон там был такой что счетчики Гейгера стрекотали как сороки.
Однажды они едва не наступили на спавшую в траве псевдоплоть и эта скотина с диким визгом метнулась не разбирая дороги под уклон, в сторону ближайших кустов. Плоть была молодая, не более семидесяти сантиметров в холке, как пояснил Шурик, и от того особенно дурная. Они стояли и смотрели как она улепетывает вниз, оглашая окрестности истошными воплями. Затем она оступилась и, сорвавшись, покатилась вниз и влетела прямо в «карусель». Теперь мутант завизжал так, что заломило зубы, невидимая пустота вздернула его в воздух, скручиваясь в пылевой вихрь и раскручивая все быстрее и быстрее. Спустя несколько секунд раздался короткий влажный хруст и псевдоплоть разорвало на куски, орошая траву темной, дурно пахнущей кровью.
- Добегалась, падла, - изрек удовлетворительно Шурик. – Чтоб вас всех бухие кровососы драли…
- Это нормальный ход, малой. – ухмыльнулся Шмель, обращаясь к Сергею, - Просто его по любому в детстве свинья укусила.
Они двигались, обходя стороной все более-менее крупные постройки попадавшиеся на пути. Свалка – место людное и там вполне можно наткнуться на грабителей. Иной раз из-за малого количества патронов дорога в самом деле превращалась в нешуточное испытание. Они все же едва не столкнулись с небольшой группой мародеров из семи-восьми человек, их вовремя засекли датчики. Шмель шарахнулся было вниз, в небольшую ложбинку, поросшую низкими чахлыми деревьями, но счетчики Гейгера разом выдали такой треск, что пришлось искать другое убежище. Они пересидели в небольшой вымытой дождями яме, под грудой бетонных плит, пока бандиты не прошли мимо.
- Дожились, - угрюмо сказал Шурик, - Втроем прятаться от полудесятка шпанюков с «макарами»…
Лишь после полудня они выбрались на основную дорогу, которая по словам Шмеля вела через всю Свалку. Ощутить под ногами после кочек, ям и рытвин относительно ровный асфальт было приятно. Не радовало то, что не было воды. Пить воду из природных источников было еще хуже чем ходить с непокрытой головой под дождем – поэтому приходилось мучаться от жажды.
С Патогенычем они распрощались около двух часов назад. Он повернул в сторону Кордона, сославшись на свои дела, и теперь дорога пролегала в компании Шмеля и Шурика.
- Слышь, а что за монолит такой? – поинтересовался Сергей, - Я в Баре слышал, говорили…
- Хер его знает, что это такое, - хмуро процедил Шмель, - То ли осколок метеорита, то ли инопланетная дрянь какая-то, то ли кусок саркофага. Я думаю и уроды из одноименно

Категория: Рассказы, повести, эссе. | Просмотров: 156 | Добавил: redrik | Рейтинг: 5.0/1 |

Всего комментариев: 0
Имя *:
Email:
WWW:
Код *:

Форма входа
Логин:
Пароль:
Календарь
«  Сентябрь 2008  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930
Поиск
Google
MP3 плеер
Мини-чат
Погода в зоне
Друзья сайта
Статистика
статистика сайта
Сейчас на сайте всего: 15
Заглянувших: 12
Сталкеров: 3
Dr_Jekill, MRAk
Copyright Stalker-Zone.Ru © 2007-2009