- …один мой друг, он стоил двух, он ждать не привык. Был каждый день последним…
В баре звучала музыка, неумело исполняемая на раздолбанном «самопале», и через раз пьяные бродяги нестройным хором подхватывали:
- Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под нас…
А «гитарист», в свою очередь, добивал хриплым прокуренным голосом:
- Однажды он прогнется под нас!
Молодой сталкер Скиф, по молодости уже сильно захмелевший после пары бутылок «Черниговского», лихо подхватывал вместе с остальным баром. Наконец, песня закончилась, «гитарист» встал, раскланялся и, достав из-под стула авоську, раскрыл её и пошел по столикам получать гонорар. Он уже полтора года приходил играть в бар, этим он только и зарабатывал на пропитание. Сталкеры называли его в шутку Басистом. Старик (а ему было уже за 50, да и Зона никого не молодит) не обижался – ему было плевать, как его обзывают, лишь бы платили. Скиф залихватски (как всегда всё стараются делать новички) брякнул пачкой денег о барную стойку:
- Бутыль «Казаков» мне, будьте добры.
Бармен Митрич угрюмо глянул на молодого хлыща и вытащил из-под прилавка бутылку водки.
- Денежки-то прибери, много дал.
- Заберите себе.
- Как скажешь, малой…
Схватив бутылку, Скиф, сияя, вернулся за столик, за которым он подпевал Басисту. Его недавние знакомые, назвавшиеся Ершом и Казаком, встретили «зеленого» одобрительными криками:
- Во, быстро учишься, салага, уже старичкам водяры притащил!
- Казак «Казаки» уважает, это у нас, у сталкеров (Казак сделал ударение на букве «о») всегда в почете!
- Да я рад стараться, вы только рассказывайте, рассказывайте. Я ведь недавно тут совсем, - заговорил Скиф, разливая по рюмкам «беленькую».
Ёрш опрокинул стопарь, кхекнул и заел его ломтем хлеба.
- А чё тебе рассказать-то, пацан?
- Ну…не знаю даже. Может быть, истории какие-нибудь местные, байки там… - неуверенно предложил Скиф.
- Ты чё, мля, фольклёр что ли собирать приехал, Афанасьев? – загоготал Казак.
- А ну заткнись там, не мешай людям отдыхать, морда! – послышался рык с соседнего столика.
- Это, мужики, извиняюсь я. Выпили просто немного, - смутился Казак и продолжил уже спокойным тоном, дабы не нарваться на более серьезные аргументы «мужиков», - Баек тут хренова туча, ты Митричу стопан налей за свой счёт, он тебе такого понарассказывает. Так что ты к опытным сталкерам (Казак вновь «ударил» последний слог) с такими вопросами не вяжись. Не поймут.
Ёрш, до этого лениво поигрывавший ножом, неожиданно оживился. Его небритое испитое лицо, из-за которого он выглядел лет на 40, хотя ему не было и 30, загорелось интересом.
- Байки байками, салага, а рассказывают вот чё, и это тебе не Митричевские россказни, а история реальная, на днях случилась. Пришли, значится, в бар двое…
- Сталкеров? – спросил Скиф.
- Ну да, сталкеров. Только мутных. Как бы тебе объяснить? Ну, правильный сталкер он приключений на задницу не ищет, собирает хабар, постреливает изредка, на солдафонов или «быков» нарвётся – защищается, конечно, но специально конфликтов и трудностей не ищет и не собирается. А эти двое, Сапог и какой-то верзила с ним, не такие были. Они всё по закоулкам разным шорились, хабар редкий приносили, один раз, неловко сказать, труп мутанта Митричу принесли. Трехдневный труп. Вонял жутко, нестерпимо просто, хорошо я ещё пьяный был, а мужики рассказывают, что жуть чё творилось, но речь не об этом – они за эту тварюгу цену в сорок штук закатили! Ты прикинь!
- Да ладно? В сорок штук за мутанта дохлого? А чё в нем такого-то? – с показной недоверчивостью спросил Скиф, после третьей рюмки осоловевший окончательно.
- Много ты, блин, понимаешь – Сахаров такие бабки за них готов платить! – включился Казак.
- Верно, Казак, говоришь, ученые это дело любят. Короче говоря, сталкеры они были неправильные, Зона из таких то любимчиков сделает, то убьет, это, с особым, так сказать, цинизмом. А чаще всего – и то, и другое. Про Стрелка слыхал? А? – Ёрш, когда что-то рассказывал, всегда бешено жестикулировал и теперь случайно ударил Казаку в лицо. Казак, уже абсолютно пьяный, ничего не осознал и как мешок съехал под стол.
- У, нажрался-то как… - сочувственно протянул Скиф, хотя сам был не лучше.
- Ну, ладно, про Стрелка ты, поди, не слыхал. Но суть такова, что эти двое мужиков собирались к Кагану идти.
- К Кагану? Кто это? Еврей, что ли? – Скиф опрокинул бутылку и разом допил её.
- Сам ты еврей. И вообще, парниша, за словами-то следи, а то вот ты щас нажрался почище этого урода, - Ёрш пнул под столом храпящего напарника, - Уснешь и не проснешься. Каган завроде главного нашего проводника, ну, главного по всей Зоне. Его не назначал никто, и не выбирал, но так получилось, что добился он таких высот в этом своем искусстве, что и Нож, и Волк, и Паленый…да вообще все проводники известные, сказали, мол, что с Каганом никому не соперничать. И водит этот мужик, а он видать, сам на голову стукнутый, - Ёрш перешел на шепот и боязливо обернулся, - в самые глухие закоулки. Веришь, нет, так он до самой Станции народ водил.
- И где ж тот народ? – Скиф уже засыпал, но интересная байка увлекала его всё больше и больше, и он пытался побороть дремоту.
- Где-где…в трынде. Постреляли там всех, а кого не постреляли – сожрали. Один Каган выбрался, и то без руки. Химера ему руку оторвала, говорят…И эти двое шизиков, стало быть, - Ёрш сильно путался, но нить рассказа худо-бедно улавливал, - пошли вчера к Кагану. А сегодня утром на окраине Серой рощи на поляне – два трупа. Сапог-чистюля и вот этот…ну как его? Мухач, кажется. У одного пуля в башке, у второго в груди, а мож и в горле…и трупы псами обглоданы чуть ли не до костей. Вот и говори после этого «байки», «байки»…Нельзя к Кагану ходить, прокляла Зона его…э, блин, парень? Ты где, эй? Спишь, что ли, скотина?
С другой стороны стола доносилось умиротворенное храпение, из-под стола – то же самое. Ёрш помянул «алкашей» крепким словцом и, подозвав охранника, потащил их вместе с ним в койку. Сняли сталкеры только одну комнату, поэтому пьяных Казака и Скифа свалили на одну кровать. Ёрш вручил вышибале «пятихатку» за старание и, раздевшись, лёг на кровать и довольно быстро уснул.
Пробуждение было мучительным, когда Скиф проснулся, в нос ему ударил чей-то перегар, а сам он понял, что придавлен кем-то большим и тяжелым. Как только веки раскрылись, молодой сталкер увидел перед собой небритую рожу собутыльника. Казак уже не храпел, но, видимо, всё ещё спал. Ёрш сидел на своей постели и сосредоточенно чистил автомат.
- О, проснулся, бухарь. Как ощущаешься? – поприветствовал Ёрш проснувшегося новичка.
- Ой, херово, Ёрш, херово…я, видимо, перебрал вчера.
- Перебрал ты. Поди прослушал всё, что я тебе вталдыкивал три часа…Буди эту свинью, мы уже выходим.
- Куда? – в недоумении спросил Скиф.
- Как куда?! Совсем по пьяне память отказала? В ходку же собирались! – заорал Ёрш, которому, видимо, осточертели эти напарники.
- Ах да, точно, слушай. Казак! Вставай!
Через минут двадцать интенсивного расталкивания, криков и отборного мата Казак таки поднялся и тут же попросил опохмелиться. Ходка обещала быть интересной. Час спустя сталкеры уже покидали границы бара, направляясь в сторону «Агропрома»…