Тусклый фонарь, вместо яркого солнца, Светом своим освещает нам путь. Где-то на свете, есть чистое небо, Может на свете и птицы живут. Мы это не знаем, но слушаем в песнях, Про красочный мир без страха и жертв. Здесь с детства внушают про лютых мутантов, Про то, что у нас просто выбора нет. Мы дети природы и пища для монстров, Живем в подземельях, в туннелях метро. Цена нашей жизни-коробка патронов, Надежда на свет, что падал в окно. Мы выжить пытались в разрушенном мире, Среди аномалий и ядерных зим. Мы выход искали из грязи и крови, Веруя в Бога, советуясь с ним. И это итоги растоптанной жизни По воле чужой, жестокой руки. Наши дети кричат от страха и боли, От голода мрут на руках старики. Теперь в подземельях на братских могилах Среди крыс и мусорных куч, Плачет убитая горем невеста: “Зачем повернули в реакторе ключ!” И слезы, как реки текли по щекам, И птицею рвется душа из груди, Но крик не услышат и слез не увидят Те, кто в памяти были близки, но мертвы. Мы душу продали за деньги и славу, Вот нас покарали без права на жизнь, И только теперь в холодных туннелях Мы научились друг друга любить. Время идет, сменив поколенья, И снова мы к миру войною идем, В небе, пропитанном гарью и смогом Ворон кружит с пробитым крылом. |